Община-приход святого праведного Алексия Мечева

E-mail Печать PDF

Содержание

  1. Введение
  2. Начало пути
  3. Старчество
  4. Община-приход
  5. Кончина праведника
  6. После смерти
  7. Заключение

hram-nikolskiy 1.Введение

В начале ХХ века в Москве при Никольском храме на Маросейке возникло замечательное явление – община-приход, которая в годину лютых искушений того революционного времени была как бы единым организмом, поддерживающим своих находящихся в трудных обстоятельствах членов. Но, чтобы рассказать о ней, необходимо сначала описать духовный путь ее основателя – замечательного московского старца Алексея Мечева.

2.Начало пути

Святой праведный Алексий Мечёв родился в Москве 17 марта 1859 года в благочестивой семье регента кафедрального Чудовского хора Алексея Ивановича Мечёва[1].

Рождение отца Алексия произошло при знаменательных обстоятельствах. Мать его, Александра Дмитриевна, при наступлении родов почувствовала себя плохо. Роды были трудные, очень затянулись, и жизнь матери и ребенка оказалась в опасности.

В большом горе Алексей Иванович поехал помолиться в Алексеевский монастырь, где по случаю престольного праздника служил митрополит Филарет. Пройдя в алтарь, он тихо встал в стороне, но от взора владыки не укрылось горе любимого регента. «Ты сегодня такой печальный, что у тебя?», — спросил он. — «Ваше Высокопреосвященство, жена в родах умирает». Святитель молитвенно осенил себя крестным знамением. — «Помолимся вместе… Бог милостив, все будет хорошо», — сказал он; потом подал ему просфору со словами: «Родится мальчик, назови его Алексеем, в честь празднуемого нами сегодня святого Алексия, человека Божия».

Алексей Иванович ободрился, отстоял литургию и, окрыленный надеждой, поехал домой. В дверях его встретили радостью: родился мальчик.

В двухкомнатной квартирке в Троицком переулке в семье регента Чудовского хора царила живая вера в Бога, проявлялось радушное гостеприимство и хлебосольство; здесь жили радостями и горестями каждого, кого Бог привел быть в их доме. Всегда было многолюдно, постоянно останавливались родные и знакомые, которые знали, что им помогут и утешат. Это послужило хорошей школой милосердия для будущего доброго пастыря.

Это выразилось и в том, о чем всю жизнь отец Алексий с благоговением вспоминал –  в самоотверженном поступке матери, которая взяла к себе свою сестру с тремя детьми после смерти ее мужа, несмотря на то, что и самим было тесно с тремя своими детьми — сыновьями Алексеем и Тихоном и дочерью Варварой. Для детей пришлось соорудить полати.

Среди родных и двоюродных братьев и сестер Леня, как звали Алексея в семье, выделялся мягкосердечием, тихим, миролюбивым характером. Он не любил ссор, хотел, чтобы всем было хорошо; любил развеселить, утешить, пошутить. Все это выходило у него благочестиво. В гостях, в разгар игр в детских комнатах, Леня вдруг становился серьезен, быстро удалялся и прятался, замыкаясь в себе от шумного веселья. Окружающие прозвали его за это «блаженный Алешенька»[2].

Учился Алексий Мечёв в Заиконоспасском училище, затем в Московской духовной семинарии, после окончания которой мечтал поступить в университет и стать врачом.

Но мать, чувствуя своим добрым сердцем совсем другое предназначение ее сына, воспротивилась этому: «Будь лучше священником».

Алексию было тяжело оставить свою мечту, но он не пошёл против воли горячо любимой матери. Впоследствии Алексий Мечёв понял, что обрёл своё истинное призвание, и был очень благодарен матери.

По окончании семинарии Алексий Мечёв служил псаломщиком Знаменской церкви Пречистенского сорока, где с ним зачастую очень грубо обращались, но Алексий всё сносил безропотно, не жаловался и не просил о переводе в другой храм. Впоследствии он благодарил Господа за то, что Он дал ему пройти такую школу.

В 1884 г. Алексий Мечёв женился на дочери псаломщика Анне Петровне Молчановой по большой любви. 18 ноября того же года был рукоположен во диакона и стал служить в церкви великомученика Георгия в Лубянском проезде, внешне проявляя величайшую простоту, а внутренне испытывая пламенную ревность о Господе.

Брак его был очень счастливым. Но Анна Петровна страдала тяжёлым заболеванием сердца, и здоровье её стало предметом постоянных забот отца Алексия.

В семье родились дети: дочери Александра (1888) и Анна (1890), сыновья Алексей (1891), умерший на первом году жизни, и Сергей (1892), и младшая дочь Ольга (1896).

19 марта 1893 г. диакон Алексий Мечёв был рукоположен епископом Нестором, управляющим Московским Новоспасским монастырём во священника Николаевской церкви в Клённиках. Хиротония состоялась в Заиконоспасском монастыре. Маленькая церковь святителя Николая в Клённиках находилось на улице Маросейка и приход её был очень мал, т.к. по близости высились большие и хорошо посещаемые храмы.

Несмотря на то, что отец Алексий готовил себя к пастырству в деревне, получив приход в столице, он всецело предал себя воле Божией и стал трудиться положа в основу своего дела молитву и духовное бодрствование.

Жизнь духовенства малых приходов того времени была материально тяжёлой, бытовые условия тоже были плохими. Да ещё матушка Анна Петровна тяжело болела, у неё началась водянка с большими отёками и мучительной одышкой. Она так страдала, что стала просить мужа перестать её вымаливать и скончалась 29 августа 1902 года в день усекновения главы Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

Отец Алексий очень горевал и был безутешен. Для него померк свет. Он закрывался у себя в комнате и изливал свою душу перед Господом. Но однажды произошла у отца Алексия встреча с ныне прославленным святым праведным Иоанном Кронштадтским, которая перевернула его жизнь.

3. Старчество

Однажды друзья пригласили отца Алексея в семью, куда приехал отец Иоанн Кронштадтский. Отец Алексей ждал от отца Иоанна совета и утешения. На вопрос отца Алексия: «Вы пришли разделить со мной моё горе?», – отец  Иоанн ответил: «Не горе твоё я пришёл разделить, а радость: тебя посещает Господь».  Впоследствии отец Алексий скажет о себе: «Господь посещает наше сердце скорбями, чтобы раскрыть нам сердца других людей»[3].

Отец Иоанн сказал ему: «Ты жалуешься на свои скорби и думаешь, что нет на свете горя больше твоего. А ты будь с народом, войди в чужое горе, возьми его на себя, и тогда увидишь, что твоё несчастье мало, незначительно в сравнении с общим, и легче тебе станет».

С этого момента началась для отца Алексея новая жизнь. Ему посчастливилось сослужить Кронштадтскому пастырю, и он отмечал: «После совместного с отцом Иоанном служения литургии меня охватил огонь пламенной любви к Богу и ближним и я понял как всю Тайну Евхаристии, так и назначение пастырского душепопечения». После этого отец Алексей стал совершать литургию ежедневно. Так начался его многолетний труд по устроению богослужебной жизни маросейского прихода: батюшка старался организовать и сплотить вокруг жизни храма своих прихожан и всех обращающихся к нему[4].

alexey_mechevОн вступил на стезю старчества. К восприятию благодати старчества он был подготовлен многими годами подвижнической жизни, когда Батюшка всего себя отдавал молитве и служению людям. Так он, по выражению одного из духовных чад отца Алексия, священника Николая Руднева, «верным и несменяемым стражем стал у скорбного сердца человеческого»[5].

В продолжение восьми лет отец Алексей ежедневно служил литургию в пустом храме. Как больно было ему, наверное, слышать слова неосторожные, жесткие: «Как ни пройдешь мимо твоего храма, все у тебя звонят. Заходил в церковь – пусто. Ничего у тебя не выйдет, понапрасну только звонишь». Да, только не оправдался «прогноз» – пошел народ, и храм наполнился, и со всей Москвы на Маросейку потянулись люди[6].

Впервые пришедшие в храм на Маросейке могли видеть следующую картину. Низенький, морщинистый, со всклоченной бородой священник и старый диакон совершали службу. На священнике была полинявшая камилавка: служил он как-то поспешно, и, казалось, небрежно, поминутно выходил из алтаря, исповедовал на клиросе, иногда разговаривал, смеялся, искал кого-то глазами, сам выносил и подавал просфоры. Все это, а особенно исповедь во время совершения Литургии, на некоторых действовало неприятно. И то, что женщина читала Апостол, и то, что слишком много было причастников, и неурочное водосвятие после Литургии. Но все это делал батюшка из любви к людям, чтобы никто не ушел неутешенным[7].

Всех приходящих в маросейский храм, искавших помощи, погрязших в грехах, забывших о Боге, отец Алексий встречал с сердечной приветливостью, любовью и состраданием. В душу их вселялась радость и мир Христов, появлялась надежда на милость Божию, на возможность обновления души. Проявляемая Батюшкой любовь вызывала у каждого ощущение, что его больше всех полюбили, пожалели, утешили. Батюшка был преисполнен любовью. Он не знал жестокого слова «карать», а знал милостивое слово «прощать». Он не налагал на своих чад бремени тяжёлого послушания, ни от кого не требовал особенных подвигов, подчёркивая в то же время необходимость хотя бы самого малого внешнего подвига, указывал, что надо взвесить свои силы и возможности и выполнять во что бы то ни стало то, на что решился.

«Путь к спасению заключается в любви к Богу и ближним», – говаривал батюшка. И сам был полон милующей любви.

Батюшка любил жития святых. Он сам много перечитал их, и в каждом он умел найти назидание, необходимое для пришедшего к нему человека. Его вечерние проповеди состояли большей частью из объяснений житий святых.

Относительно молитвы, батюшка, следуя словам Апостола: Непрестанно молитесь (1 Фес. 5, 7), учил молиться во всякое время и на всяком месте: «Идешь по улице, делаешь ли что-либо руками, сидишь ли в вагоне — твори молитву». Особенно рекомендовал Батюшка молитву Иисусову: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».

Батюшка, как сам не любил праздности и безделья, так и другим указывал, что праздность является главной причиной дурных помыслов и желаний.

Отец Алексий имел благодатный дар прозорливости, но по своему глубокому смирению старался не показывать полноты этого дара. Указание, как поступить в конкретном случае, Батюшка высказывал только раз. Если пришедший возражал, устранялся от последующего разговора, не объясняя, к чему приведёт неразумное поведение. Тем же, кто пришёл с покаянным чувством и преисполненным доверия, он оказывал молитвенную помощь, предстательствуя за них пред Господом и принося избавление от трудностей и бед[8].

Батюшка очень любил говорить, что «путь ко спасению у всякого свой и в своей мере», и ко Христу идут каждый в своей мере, каждый по своему пути. Посему христианство считает одинаково спасительными и целомудренную монашескую жизнь, и брачное сожительство, и состояние пастыря, и состояние мирянина, и состояние воина, и состояние судии. Поэтому и путей ко Христу много. Каждое человеческое звание, состояние, должность, каждое индивидуальное свойство — есть уже особый путь. И задача старца, духовного отца — раскрыть в человеке его призвание и указать ему путь, каким он должен идти к Небу. А поскольку и у каждого старца есть свой личный, проторенный путь к Небу, свое личное разумение вещей, то скитание по старцам не может дать ничего устойчивого пытливой христианской душе. Он говорил, что духовник должен быть только один и что к нему только и должно обращаться[9].

Многих, просившихся к старцам в скиты или монастыри, — он прямо не пускал. Все это произошло бы не потому, конечно, что они не старцы или недостаточно опытные духовно, — а потому, что их путь расходится с тем путем, который предначертан для своих духовных детей Батюшкой[10].

В нижнем жилом этаже храма Батюшка открыл церковно-приходскую школу, устроил приют для сирот и неимущих, в течение 13-ти лет преподавал Закон Божий в женской гимназии Е.В. Винклер; способствовал возрождению древнерусской иконописи, благословив на писание икон свою духовную дочь Марию Николаевну Соколову (впоследствии монахиня Иулиания).

Проповеди Батюшки были просты, искренни, трогали сердце глубиной веры, правдивостью, пониманием жизни.

Молитва отца Алексия никогда не прекращалась. Она наполняла его храм, создавая атмосферу намоленности, уверенность, что при всей житейской суете можно быть далёким от всего земного, иметь непрестанную молитву, чистое сердце и предстоять Богу ещё здесь, на земле. Когда Батюшка молился, то, по отзывам видевших его, «горел на молитве, внимал каждому слову молитвы жадно, словно боясь упустить миг духовного восторга». Старец рекомендовал молитву личную, свою беседу и обращение ко Господу как средство надёжное и спасительное для укрепления себя в вере в промысел Божий.

Отец Алексий очень чтил святыню храма – Феодоровскую икону Божией Матери, служил перед ней молебны. Однажды, в преддверии событий 1917 года, во время молебна он увидел, что из глаз Царицы Небесной покатились слёзы. Это видели все присутствующие.

После 1917 года, когда отошедшие от Церкви, испытав многочисленные беды, устремились в храмы в надежде на помощь Божию, начали служить на Маросейке ревностные молодые священники, в том числе сын отца Алексея – священник Сергий Мечёв, рукоположенный во иерея в 1919-ом году, ныне прославленный в лике святых как священномученик, а также отец Сергий Дурылин, оставивший о Батюшке свои воспоминания и другие.

Велико было смирение отца Алексия. Он никогда не обижался на грубости, сторонился проявления к себе знаков почтения, уважения, избегал пышных служб.

Истинными духовными друзьями отца Алексия были оптинские старцы иеросхимонах Анатолий (Потапов - также канонизированный ныне как преподобный), игумен Феодосий. Они изумлялись подвигу московского старца, жившего в городе как в пустыне[11]. Приезжавшие в те годы в Оптину Пустынь паломники из Москвы нередко слышали от старцев, отца Анатолия (Потапова) и отца Нектария: «Зачем вы ездите к нам, когда у вас есть отец Алексей?» Он был единого с ними духа – доброты – всепокрывающей, милующей, хотя и взыскательной[12].

Единомышленником отца Алексия был архимандрит Арсений (Жадановский), будущий епископ. Духовным чадом Батюшки был также научный сотрудник психологического института Борис Васильевич Холчев (будущий архимандрит).

Святитель Патриарх Тихон  всегда считался с отзывом Батюшки в случаях хиротонии, затем предложил ему взять на себя труд по объединению московского духовенства.

4. Община-приход

Слух о дивном батюшке разнесся повсюду. И потянулись к нему со всех сторон люди. Бывало, приходили люди и критически настроенные. Таких примеров сотни. Придет человек полюбопытствовать, иногда даже покритиковать, посмеяться, а, через месяц-другой он уже стоит у амвона и двигается к Причастию. Кто же виновник таких чудесных превращений? Батюшка! Быть с людьми, жить их жизнью, радоваться их радостями, печалиться их скорбями, — вот в чем назначение и уклад жизни христианина, а особенно пастыря. Стоило только взглянуть в памятную книжку отца Алексея, испещренную сотнями имен и живых, и усопших, книжку, с которой он никогда не расставался, чтобы понять его собственные слова, которые говорил он, указывая на свое сердце: «Я всех вас здесь ношу!». Это он создал на Маросейке дух любви, молитвы и отрешения от суетного мира, который сплотил людей в страшные годы разрухи и революции. И, беря пример со своего духовного отца, люди преображались. В результате, сложилась на Маросейке своя община[13].

Как объединяющую основу отец Алексей использовал богослужение. Он «понял, что нужно дать верующим богослужение настоящее, подлинное, не имитацию, не суррогат, а богослужение вечное, заключающееся в православном богослужебном опыте. И на этом фундаменте батюшка начинает приобщать к вечности своих духовных детей. Берется не практика приходского храма или монастыря, но совершается богослужение по тем книгам, по которым оно должно совершаться, и совершается изо дня в день утром и вечером… Начинается подлинное приобщение к вечности через богослужение»[14].

В 1920 г. Батюшка устраивал по понедельникам беседы с духовными своими детьми, преимущественно с молодежью, в которых раскрывал волнующие тогда многих вопросы брака и воспитания детей. Беседы эти излагались простым, общепонятным языком, в теплой атмосфере семейного уюта, и изложение указанных вопросов было преподано не в форме отвлеченных поучений, а в форме рассказов из действительной жизни, личного опыта Батюшки, а также через чтение дневников его духовных детей, комментируемых им самим, что весьма заинтересовывало слушателей и оставляло в их душах назидательное воспоминание о беседах надолго[15]. Все это сплачивало общину и делало ее как бы одной семьей.

Отец Алексей ставил перед собой задачу устроить «монастырь в миру», имея ввиду не монастырские стены, а «паству-семью», находящуюся под единым духовным руководством и связанную внутри себя узами любви. В ней каждый человек живет как обычный мирянин и член общества, но в душе работает Богу и стремится к выполнению обетов Крещения, к соблюдению заповедей Божиих, к святости, обожению. Одни могли не вступать в брак, другие – жить семейной жизнью, но тем и другим для построения жизни на христианских началах необходимо было духовное руководство[16].

Кроме того, при отце Алексее в его приходе «существовали маленькие духовные семьи или группы, участники которых были особенно тесно спаяны друг с другом, чаще встречались, иногда каждую неделю, вместе читали что-нибудь духовное или молились»[17].

«Ходите в церковь чаще, причащайтесь чаще!» — говорил отец Алексей своим духовным чадам, зная, что для них церковь должна быть и будет тем духовным основанием, которые редко встречаются блуждающим по пустыне мира сего человеку. «И если на улицах, на службе, дома — гнев, брань, раздражение, злоба — то здесь вы почувствуете себя воистину дома — братьями, сестрами и детьми Отца Небесного», — говорил нам Батюшка. И действительно, стоило человеку прийти на Маросейку в церковь, как за стенами ее оставался весь мир с его злобою и несправедливостью, — и кто бы ни был этот человек, он чувствовал, что все стоящие здесь — не чужие ему, что все они и он с ними — дети одной христианской семьи, сплоченные, объединенные. И в горячей молитве — он забывал и свою серенькую, тоскливую жизнь и семейные разлады и неприятности на службе — и выходил из храма мирным и радостным.

Поэтому приход Никольского храма стал не просто общиной, а настоящей христианской семьей, в которой царили любовь и взаимопомощь, что было разительным контрастом с окружающей зловещей действительностью все возрастающего безбожия, разгула греха и гонения на Церковь.

В тяжелое голодное время 1920-1921 гг. многие служащие советских учреждений говорили батюшке, что они нерадиво относятся к службе новой власти, опаздывают, сидят без дела, потому-де, «все равно безбожникам не стоит работать», — и он в силу послушания заставлял их проникнуться чувством долга и честно работать «не за страх, а за совесть», указывая на пример древних христиан, исправно плативших подати безбожным римским властителям.

На светлой душе Батюшки не было греха и против гражданской власти: везде и всюду он был «правилом веры и образом кротости», побеждавшим сердца даже безбожников[18].

Дважды батюшку Алексея вызывали на собеседование в ОГПУ (в конце 1922 г. и 17/30 марта 1923 г.). Запрещали принимать народ. Во второй раз его отпустили сразу, т.к. видели, что он тяжело болен[19].

5. Кончина праведника

В последних числах мая отец Алексий уехал в Верею, где отдыхал прошлые годы. Он предчувствовал, что уходит навсегда. Перед отъездом отслужил в своём храме последнюю литургию, попрощался с духовными детьми, уходя, простился с храмом. Много плакал.

Скончался отец Алексий в пятницу 9/22 июня 1923 года. Гроб с телом о. Алексия был доставлен в храм святителя Николая в Клённиках на лошади 14/27 июня. До самого утра следующего дня церковные общины Москвы прощались с почившим и пели панихиды. Вечером служили две заупокойные всенощные (в церкви и во дворе). Литургию отпевания совершал архиепископ Феодор (Поздеевский), настоятель Данилова монастыря (об этом просил Батюшка, а Владыка Феодор 7/20 июня был освобождён из тюрьмы и смог исполнить его желание). Проводить отца Алексия в последний путь прибыл на Лазаревское кладбище святитель Патриарх Тихон, освобождённый в этот день из заключения. Святейший отслужил по усопшему литию, опустил гроб в могилу и первый бросил в неё горсть земли. Скорбь о потере незаменимого пастыря была одновременно «растворена» радостью по случаю неожиданного освобождения Патриарха[20].

Многие отозвались на смерть всеми любимого пастыря. Вот отрывок из надгробного слова епископа Арсения (Жадановского): «Итак, забывающий Бога христианский мир! Приди сюда и посмотри: как нужно устроить свою жизнь. Опомнись! Оставь мирскую суету и познай, что на земле нужно жить только для Неба».

Или, вот надгробное слово священника Павла Флоренского: «Батюшка отец Алексей принадлежит к тем русским праведникам, ряд которых начинается от преподобного Серафима Саровском, идет через Оптину пустынь и доходит до наших дней. Это тип старцев, одаренных тихим светом смиренного жаления и любви ко всем страждущим. Такие именно праведники нужны людям усталым, измученным горечью жизни, боящимся какого-либо неосторожного прикосновения к их ранам... Он подошел к нам уже слабый телом, но сильный любовью и жалением, пошел с нами в тот момент, когда все мы особенно нуждались в утешении, пошел и... дошел весьма скоро, к великой печали, до могилы. Впрочем, он скрылся в нее только телом, а духом воспарил к Горнему Иерусалиму, чтобы там опять встретить нас на тяжелых путях загробных мытарств и также любовно, жалостливо и с лаской пойти с нами к престолу Господню, расплачиваясь своими молитвами за наши грехи. Батюшка, отец Алексей, вечная тебе память, родной!»[21]

В любви назидающий и согревающий прошёл батюшка отец Алексий свой жизненный путь от детской колыбели до скромной могилки на Лазаревском кладбище. Жизнь батюшки – сплошной подвиг любви.

Через 10 лет, в связи с закрытием Лазаревского кладбища, останки святого праведного Алексия и его жены были перенесены 15/28 сентября 1933 года на кладбище "Введенские горы", на участок, принадлежавший родственникам его духовной дочери Елены Владимировны Апушкиной. Тело отца Алексия было в ту пору нетленным.

Над его могилой стоял мраморный памятник с небольшим крестом над ним. В нижней его части были высечены столь близкие сердцу отца Алексия слова Апостола Павла: «Друг друга тяготы носите и тако исполните закон Христов».

6. После смерти

Под послушание батюшке объединилось много его духовных чад, составивших  «ядро» Маросейки. Это ядро было так проникнуто духом Батюшки, что и после его смерти община-приход на Маросейке жил по-прежнему, в служении Богу духом и истиной, как жила при нем живом и действующем. Этот дух батюшки, дух его старческого учения есть нечто своеобразное и самодовлеющее[22].

sergiy-mechevНо все же был необходим пастырь, преемник отца Алексея. И таким преемником стал его сын – священник Сергий Мечев. Иерей Сергий Мечев (1892-1942) после смерти батюшки Алексея волновался и не мог решить: можно ли ему, лишь недавно ставшему священником, взять на себя ответственность перед Богом за очень большую и разнообразную по составу духовную семью своего отца. Ведь и самого батюшку Алексея его духовные дети узнали только на  вершине его пути, на которую отец Алексей восходил постепенно, опытом всей жизни, полной скорбей и молитвенного подвига. А отец Сергий – молодой, малоопытный, хотя и одаренный, искренне желающий всем добра и начитанный в святых отцах. Что же делать? И как отказаться? На кого оставить общину – дело жизни отца Алексея?

И отец Сергий принял на свое пастырское попечение «покаянно-богослужебную семью», как он называл приход, и окормлял его до самой своей мученической кончины.

Бывали у отца Сергия и  такие трудные периоды, когда бремя  «батюшкиного наследства» казалось невыносимым. Он отдавал пастве все силы, духовные и физические, но часто встречал непонимание и ропот. Он даже хотел оставить приход. Но оптинский старец Нектарий через его духовную дочь утвердил его в необходимости его служения[23].

Трудно было многим, трудно было и отцу Сергию: после кончины батюшки Алексея прихожане невольно сравнивали их и требовали от молодого отца Сергия старческой мудрости и опытности. Он сам боролся со страстями и других учил тому же. Таким образом, побеждая страсти, они все более сближались и становились истинными друзьями.

В отношении богослужения отец Сергий много раз говорил, что служба должна быть полной, а вопрос о мере посещения богослужения – индивидуальный[24].

Отец Сергий тщательно готовился к каждой проповеди, чтобы дать людям что-нибудь новое для ума и сердца, для духовной жизни.

В смутное время, когда обновленчество захватило многие приходы в Москве, а патриарха Тихона арестовали, Маросейка в числе немногих хранила верность патриарху. Отец Сергий, как и отец Алексей, знал, что надо не обновлять Церковь, а идти к ней и  учиться у нее, пользоваться ее Таинствами для обновления в себе образа Божия.

Маросейская община разрасталась и число групп, или духовных семей росло. Во главе каждой был кто-нибудь из более знающих, опытных или старших по возрасту, кто был в какой-то мере помощником духовному отцу в выборе чтения и мог оказать первую духовную помощь своим сестрам, утешить, ободрить, посоветовать, а в трудную минуту направить к духовному отцу. Это было большим подспорьем для отца Сергия[25].

В 1929-ом году отца Сергия арестовали и сослали, а в 1932-ом закрыли храм на Маросейке. Но дружная и сплоченная община продолжала существовать под руководством своего пастыря. Большой духовной поддержкой для членов общины оказались и малые духовные семьи во главе со своими старшими.

При первой возможности отец Сергий писал своим духовным чадам. «Вы мой путь во Христе, как же я пойду без вас?» – писал он им в 1930-ом году.

В 1942-ом году после четырех месяцев допросов и пыток он был расстрелян. До самой смерти он продолжал общение со своим приходом, окормляя и укрепляя своих духовных чад[26].

Община-приход, которую создал на Маросейке отец Алексей Мечев, впитала дух любви, молитвы и отрешения от суетного мира, который остался жив в ней и после его смерти, и будет жить до тех пор, пока пасут Маросейское стадо преемники и духовные наместники Великого пастыря.

7.Заключение

Отец Алексий Мечёв был причислен к лику святых  Русской Православной Церкви Деянием  Юбилейного Архиерейского Собора от 14 августа 2000 года, канонизация его совершилась на Божественной Литургии в храме Христа Спасителя 20 августа 2000 года.

В 2001 году на праздник Всех святых в земле Российской  просиявших совершилось обретение мощей святого  праведного Алексия Московского. Когда стала видна крышка гроба, в воздухе ощутилось дивное благоухание. Запах напоминал святое миро.

Икона Алексия и Сергия МечевыхСвятые мощи праведника были помещены в Новоспасском монастыре. 29 сентября 2001 состоялось перенесение святых мощей. По поводу этого события Святейший Патриарх Алексий II обратился к народу Божиему с двумя посланиями (случай сам по себе уникальный). Великое множество священников и мирян участвовало в крестном ходе, пронесшем святые мощи праведника по Москве. Был прославлен в лике святых и священномученик Сергий Мечёв. В ноябре 2001 года Святейший Патриарх Алексий подписал Указ об установлении особых дней памяти святых Алексия и Сергия Мечевых[27].

Житие этих угодников Божиих является не только примером личного благочестия для каждого православного человека, но и примером того, что на основе обычного небольшого прихода  можно создать настоящую христианскую семью, уподобляющуюся в любви, вере и благочестии первым христианам – общину-приход. И что никакие бури революций, голода, разрухи не в силах разрушить это здание, созданное на Камне – Христе (Мф. 7, 24).

И ныне на Маросейку в храм святителя Николая идут люди, чтобы помолиться у мощей святого праведного Алексея Мечева. И, как будучи на земле, он никого не оставлял безутешным, так и сейчас, находясь у Престола Божия, он продолжает испрашивать помощь Божию всем просящим у него.

Помози в бедах и утеши в скорбех, / пастырю добрый, отче Алексие, / подвигом бо старчества миру просиял еси, / веру и любовь Христову во мраце беззаконий исповедал еси, / болезнуя сердцем о всех притекающих к тебе. // И ныне моли Бога за ны, / любовию чтущия тя. (Тропарь, глас 1).

 


[1] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[2] Святой праведный Алексий Мечев — молитвенник и прозорливец. http://www.pravmir.ru/svyatoj-pravednyj-aleksij-mechev-molitvennik-i-prozorlivec/

[3] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[4] Московский старец – праведный протоиерей Алексий Мечев. В книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – Сс.22-23

[5] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[6] Отец Алексей Мечев: «Оптина на Маросейке». http://www.pravmir.ru/otec-aleksej-mechev-optina-na-marosejke/

[7] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[8] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[9] Петр Юргенсон. Записки о Батюшке.   http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/notes.html

[10] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[11] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[12] Отец Алексей Мечев: «Оптина на Маросейке». http://www.pravmir.ru/otec-aleksej-mechev-optina-na-marosejke/

[13] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[14] «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – С.26

[15] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[16] Московский старец – праведный протоиерей Алексий Мечев. В книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – С.27

[17] Московский старец – праведный протоиерей Алексий Мечев. В книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – С.28

[18] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[19] Святой праведный Алексий (Мечёв). http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[20] Святой праведный Алексий (Мечёв).  http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

[21] П.Флоренский. Кончина отца Алексея Мечева. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm4/florensky.html

[22] Диакон Владимир Сысоев.  Дух Маросейки. http://co6op.narod.ru/txt/books/mechev/htm2/spirit.html

[23] Из пастырского опыта священномученика Сергия Мечева. в книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – Сс.39-42

[24] «Из пастырского опыта священномученика Сергия Мечева. в книге:Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – С.49

[25] Из пастырского опыта священномученика Сергия Мечева. в книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – Сс.53-54

[26] Из пастырского опыта священномученика Сергия Мечева. в книге: «Дайте нам от елея вашего…»: Советы опытных духовников. Саратов, 2009 – С.40

[27] Святой праведный Алексий (Мечёв). http://www.st-nikolas.orthodoxy.ru/newmartyres/alexiy_mechev.html

 

Поиск